Николай Наседкин


СТАТЬИ, ОЧЕРКИ, ЭССЕ

СТАТЬИ


Обложка

Война дворцам?..

Фабрикант Асеев под Рассказовом отгрохал в начале века такой прекрасный дворец, что и в столицах трудновато найти что-либо подобное. Понятно, Асеев был капиталистом, строил эту роскошь для себя и для своей семейки, но история распорядилась так, что хозяевами усадьбы стали со временем детишки простых рабочих и служащих советского госплемптицезавода «Арженка». Маленьким арженцам их детский садик с лепными потолками, расписными стенами, дубовым паркетом, громадными зеркалами и позолоченными люстрами стал, можно сказать, дворцом родным. Как вдруг…

В один прекрасный январский день 1981 года представительной комиссией был составлен акт «в связи с происшедшим обрушением части потолка в подсобном помещении на втором этаже…» Но это оказалась не первая страница в толстой эпопее из актов, справок и писем, что написана уже по поводу бывшей усадьбы Асеева. Ещё, оказывается, 21 апреля 1978 года, когда дворец в Арженке даже не был взят под охрану государством (это произошло два с половиной года спустя), опять же авторитетная комиссия областного уровня предлагала администрации госплемптицезавода заказать проектно-сметную документацию на ремонтно-реставрационные работы. А когда потолок уже рухнул, новая комиссия ещё раз предложила: составьте, пожалуйста, документацию…

Я, разумеется, никогда и в глаза не видел этого богатея Асеева, но рискну предположить, что он был хозяйственным человеком и денежки считать умел. Вколачивая в строительство своих дворцов (ещё один стоит на Набережной в Тамбове) сотни тысяч рублей, он надеялся, что простоят-прослужат они асеевскому роду не один век, а для этого намеревался, конечно же, время от времени и, главное, вовремя их ремонтировать. Эти расчётливые буржуи прекрасно разумели истину: скупой платит дважды.

Как известно, на заре Советской власти был очень популярен лозунг «Мир хижинам, война дворцам!». «Наследники» Асеева решили, видимо, своеобразно воевать с его хоромами — эксплуатировать их, проклятые, до тех пор, пока сами не рухнут. Стоит упомянуть, что до детсада-яслей во дворце долгие годы размещалась контора госплемптицезавода «Арженка». Но времена меняются, отношение к дворцам тоже. Зачастили, под Рассказово комиссии. Начали полниться папки бумагами. Дом продолжал разрушаться.

4 июня 1981 года был составлен очередной акт, в котором преобладали глаголы грустного наклонения: «… разрушились…. обрушились… растрескались… ссыпаются… протекает… отсутствует… провалились… не работает…» Потом следовали выводы, что-де «проводимая госплемптицезаводом работа по ремонту здания-памятника архитектуры не может обеспечить его сохранность. Нужны более кардинальные меры». И предлагалось по пунктам — кто и что должен делать: упоминаются в сём манускрипте управления службы облисполкома, Рассказовский горисполком, отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, другие уважаемые организации и учреждения… Увы, на дворе уже в разгаре 1989 год, но ни единое предложение не воплотилось в жизнь.

Не буду утомлять читателя цитированием и перечнем всех бумаг, касающихся асеевской усадьбы, которые писались и пишутся каждый год, да не по одной. Упомяну только, что есть среди них и бумаги с печатями. Министерства культуры РСФСР. Очень много сил и времени вложено в осмотры усадьбы и составление актов, а памятник архитектуры погибает у нас на глазах. А ведь надо было в свое время, лет 15-20 назад, отремонтировать хотя бы крышу, и сейчас сохранность здания была бы намного лучше, на реставрацию понадобилось бы гораздо меньше денег.

В деньги-то, в основном, всё и упирается. В типовом «Охранном обязательстве на памятник архитектуры», которое заключено между госплемптицезаводом «Арженка» и управлением культуры облисполкома есть пункт № 6, который, в частности, гласит, что весь текущий и капитальный ремонт, а также реставрацию памятника “пользователь” проводит за свой счёт и своими материалами…» Да-а-а, много у нас в стране сочинено умных бумаг, которые абсолютно бездейственны. «Арженка» — предприятие передовое, рентабельное, не может за свои деньги самостоятельно восстановить своими же силами разрушенную усадьбу (а речь идёт уже как минимум о сотнях тысяч рублей!). Нынешняя администрация госплемптицезавода ещё в 1984 году обращалась с письмом в облисполком — выделите 600 тысяч рублей на реставрацию. Отказ. В том же году замминистра культуры РСФСР просил Птицепром РСФСР — дайте «Арженке» 600 тысяч на благое дело. Бесполезно…

Впрочем, я обещал не перебирать всю кипу исходящих и входящих бумаг. Скажу только: дошло до того, что администрация завода начала умолять — снимите этот памятник с охраны, и мощный бульдозер быстренько решит все проблемы. Но памятник архитектуры уничтожить никто не позволил, а наоборот, к бедной администрации начали применять репрессии за плохое состояние асеевской усадьбы: уже два раза госплемптицезаводу пришлось, уплатить штраф в две тысячи рублей…

В настоящий момент дело вроде бы сдвинулось с мёртвой точки. Речь пока идёт всё о той же проектно-сметной документации. Заключаются соглашения с реставрационными кооперативами Ленинграда и Тамбова, изыскиваются средства, уже ведутся архивные изыскания. А полгода назад нашлись и деньги, и специалисты, чтобы наконец-то перекрыть крышу бесценного для области памятника оцинкованным железом…

Но вот что тревожит. Если взглянуть на эту новую крышу изнутри, с чердака, то сердце кровью обольётся: не крыша — решето. Мало того, горе-кровельщики не удосужились сделать даже сливы и вода стекает прямо на стены, на уникальную лепнину. Если и все реставрационные работы будут производиться на таком уровне, то — мир праху твоему, асеевский дворец!

Кстати, следы прежних варварских «реставраций», как шрамы, уродуют залы особняка. Там красочные плафоны на потолке загрунтованы извёсткой, здесь драгоценная мозаика из редкостных деревянных клёпок на стене забита фанерой и закрашена… Но даже и сейчас можно представить себе, какой чудной красоты был и сам дворец, и вся усадьба — конюшня с манежем, водонапорная башня, живописный парк с фонтанами. На всём лежит сейчас печать разрушения, запустения и вандализма.

Мне не раз и в управлении культуры, и в обществе охраны памятников, и в Рассказове, и в самой «Арженке» доводилось слышать, что нынешняя администрация госплемптицезавода болеет душой за этот памятник, много сил прилагает, чтобы спасти его…

Охотно верю!

Но смущает следующее: зачем арженцы выбрасывают тысячи за худую крышу и не заставляют бракоделов переделать её? Это — хозяйственность? Почему уже не первый год они равнодушно взирают, как по карнизам и балконам дворца, по уступам водонапорной башни (которая действует и по сей день) вымахали целые заросли берёзок и клёнов? Неужели взрослые люди не понимают, что корни деревьев — страшные разрушители кладки? А надо-то всего ничего — повыдергать деревца, убрать скопившуюся по уступам почву…

И всё же хочется быть оптимистом. Если кто из читателей лично не видел асеевскую усадьбу в «Арженке», поверьте: когда её полностью отреставрируют, то туда будет такое же паломничество, как и в Абрамцево, Кусково и другие знаменитые подмосковные усадьбы-музеи. У нас на Тамбовщине красивее архитектурного памятника, вероятно, и нет. У нас вообще маловато сохранилось дворцов. Ведь была война с дворцами.

Неужели она продолжается?..

/1989/
_____________________
«Тамбовская правда», 1989, 30 июля.










© Наседкин Николай Николаевич, 2001


^ Наверх


Написать автору Facebook  ВКонтакте  Twitter  Одноклассники



Индекс цитирования Рейтинг@Mail.ru