Николай Наседкин


СТАТЬИ, ОЧЕРКИ, ЭССЕ

СТАТЬИ


Обложка

Здесь будет город


1. От Цны до Амура

Недавно в село Нижнетамбовское Хабаровского края прибыл Всесоюзный ударный комсомольский отряд имени XXVII съезда КПСС в который вошли и посланцы Тамбовщины. Сорока восьми молодым тамбовчанам, в том числе и трём девушкам, доверено стать первостроителями нового прекрасного города на Дальнем Востоке, города, который пока ещё на имеет даже названия.

В день отъезда в обкоме ВЛКСМ состоялся короткий митинг. Напутственное слово первого секретаря обкома комсомола А. Тюрина и — в путь. Бойцы в элегантной стройотрядовской форме защитного цвета, светлых рубашках, строгих галстуках и кроссовках заполняют первый на длинном пути и самый обычный вид транспорта — автобус. Солидный «Икарус» и юркий «рафик» берут курс на Москву, вернее — сразу на аэропорт Домодедово.

Мимо проплывают поля, перелески и речушки Тамбовщины, потом — Рязанщины, Подмосковья. «Этот русский пейзаж неброский» за окнами автобуса почти не меняется. То и дело вдоль дороги — вблизи и вдалеке — вырастают как из-под земли деревушки, сёла и посёлки, кудрявые от берёз, клёнов и тополей. Удивляет спокойствие многих ребят. Словно не на край земли собрались, а решили прокатиться до Москвы и обратно. Некоторые дремлют, другие оживлённо болтают с новыми друзьями. Рядом со мной, покачиваясь, уже вот-вот задремлет Толя Гусев из Бондарского района.

— Толя, — притрагиваюсь я к его плечу, — посмотри напоследок на родные просторы. Там, на Амуре, лишь сопки да тайга — совсем другой вид.

Анатолий встряхивается, долго смотрит в окно. А мы уже проезжаем Оку — старшую сестру нашей Цны. Интересно, во сколько раз Амур шире? Скоро увидим…

В ноль часов десять минут огромный ИЛ-62М подмял под крылья темноту жаркой ночи, уверенно взмыл почти на одиннадцать километров ввысь и устремился навстречу новому дню. Мириады огней Москвы начали исчезать позади. Уже минут через пятнадцать слева и впереди по курсу проступила полоска бирюзово-оранжевого неба, начала шириться, всё дальше и дальше отодвигая друг от друга небесные звёзды и земные огни. А уже вскоре вдруг резко, сразу вспыхнуло солнце. Засверкали внизу белоснежные торосы облаков. Наступил день.

И началась… путаница со временем. Во втором часу ночи мы уже завтракали, в шесть часов «по-тамбовскому», а в 11 «по-забайкальскому» пили кофе, который окончательно стряхнул остатки сна. Многие начали переставлять свои часы. Шутка ли, разница во времени между Тамбовом и Хабаровском составляет семь часов. Кстати, сразу и подсчитали: оказывается, за восемь часов полёта земной шар провернулся под нами на целую свою четверть — если считать по 48 й параллели — промелькнуло в пути более шести с половиной тысяч километров. По-моему, только совершив подобное путешествие через весь Советский Союз, начинаешь реально представлять себе необъятность нашей Родины.

Тем временем наш самолёт словно протаял полынью в сплошной пелене облаков, и внизу открылась взгляду дальневосточная земля. Самое первое впечатление — воды здесь больше, чем суши, словно только что над округой прогремел невероятный ливень. Бесчисленные озёрца и озёра, речушки и реки и, наконец, — сам Амур-батюшка со своим главным руслом и многочисленными притоками и рукавами отразил в себе, кажется, полнеба, а то и больше. Здания Хабаровска начали быстро расти, приближаться. И вот уже открываются словно на огромном архитектурном макете площади, улицы, скверы и парки столицы далёкого края.

В Хабаровском аэропорту нас ждал своеобразный сюрприз. Наш отряд и отряд краснодарских комсомольцев, летевших тем же рейсом, встречал заведующий сектором ударных строек Хабаровского крайкома ВЛКСМ Владимир Фетисов. Почему сюрприз? Да потому, что Володя — наш, тамбовский, родом из Моршанска. В 1982 году он в составе Всесоюзного ударного отряда имени XIX съезда ВЛКСМ поехал на строительство Дальневосточного металлургического комбината в город Комсомольск-на-Амуре. Проявил себя не только в работе, но и в комсомольских делах. Его избрали секретарём комитета ВЛКСМ треста «Металлургстрой». Затем пригласили в крайком комсомола.

Владимир Фетисов много рассказал нам об ударных стройках края, о стройплощадке будущего города в районе села Нижнетамбовское. Сам, разумеется, подробно расспрашивал о доме, Тамбовщине.

Первый дальневосточный день катился к вечеру. Тамбовчане прошли медосмотр, устроились в каютах комфортабельного теплохода «30 лет ГДР», чтобы на следующий день отправиться на нём вниз по могучему Амуру. А пока нас всех, бойцов из Тамбовской, Воронежской и Кемеровской областей, Краснодарского края, Украины и Белоруссии — весь отряд в 300 бойцов, радушные хозяева пригласили в лучший кинотеатр Хабаровска «Гигант».

Вечером, переполненные первыми впечатлениями, долго не могли уснуть. За окнами-иллюминаторами теплохода колыбельно плескались волны Амура.

Назавтра — знакомство с Хабаровском.


2. Невиданный край

Солнечное утро началось с экзотики. И с зависти тамбовских рыболовов. На пристани прямо у теплохода огольцы лет от 6 до 12 методично и буднично таскали поплавочными удочками из мелководья… настоящих сомов. Вернее, конечно, — сомиков. Граммов по 150-300.

— Ребята! — крикнул кто-то из тамбовчан. — Да отпустите вы сомиков, они же в громадных сомов вырастут!

— Подумаешь, — шмыгнул носом один из маленьких хабаровцев, — эти попались — другие вырастут. Сомов у нас много!

Дальше вдоль высокой бетонной набережной, за городским пляжем, пустынным в этот прохладный день, стояли серьёзные взрослые рыболовы с пластиковыми катушечными удочками, которые они забрасывали далеко в амурские волны. Чувствуется, замах у них на крупную добычу, поэтому спешки нет. Один из рыбаков на наших глазах вытащил добычу — какое-то неведомое нам игольчатое и зубастое существо величиной с большую мужскую ладонь. Осторожно, плоскогубцами (ядовитые колючки!) рыболов снял это чудо-юдо с крючка и бросил обратно в таинственный Амур. Несъедобна.

Кстати, о рыбе. Потом, во время прогулки по Хабаровску, мы заглянули в фирменный магазин «Океан». Глаза разбежались. В витрине, что называется, навалом громоздились плоские камбалы и змеевидные миноги, огромные палтусы и мелкие сардинки, бледные кальмары и блестящие селёдки, мясо креветок и мясо крабов…

Это — только дары Тихого океана и его «сыновей», Охотского и Японского морей, которые являются ближайшими водными соседями Хабаровского края. А сколько ещё рыбных богатств отдаёт людям великан Амур. Ведь в этой реке водится — трудно поверить! — 122 (!) вида рыбы, в том числе такие сказочные, как амур, осётр, калуга… Последняя, кстати, достигает пяти метров длины и более тонны веса! А если ещё добавить, что в горные реки края, да и в сам Амур заходят на нерест кета, сиг, горбуша…

Впрочем, что это я всё о рыбе. Хабаровск и весь край славен, конечно, не только ею. Столица края — прекрасный шестисоттысячный город, который через два года отметит своё 125-летие. Назван он в честь русского землепроходца Ерофея Хабарова, который в середине XVII века исследовал этот край и составил «Чертёж реке Амуру». Хабаровск — речной порт, но удивительно напоминает такие приморские города, как Севастополь или, допустим, Феодосию. Эти ассоциации возникают, видимо, из-за «горбатых» улиц и улочек, то взбирающихся на холмы, то с них сбегающих. Из очень многих точек города открывается перспектива на водный простор, а с Амура, в свою очередь, отлично просматривается прибрежная панорама Хабаровска.

Много интересного узнали бойцы Всесоюзного отряда во время обзорной автобусной экскурсии по столице края. Например то, что Хабаровский край по территории намного превышает любое государство Европы. Что запасы леса здесь определены в пять миллиардов кубометров (цифра — гигантская), и имеются в тайге такие уникальные породы деревьев, как бархат амурский — единственное в нашей стране пробковое дерево. Среди лекарственных растений нельзя не упомянуть о сказочном женьшене и, например, об элеутерококке — экстракт этого чудодейственного растения берут с собою в полёты космонавты. В лесах края пока ещё в изобилии водятся изюбры, кабаны, кабарги, встречаются гималайские медведи и крупные амурские тигры.

Это всё — богатства природы. Что же касается цивилизации, то в крае есть девять крупных городов, среди которых и легендарный Комсомольск-на-Амуре, который у нас ещё впереди по курсу. Сам Хабаровск можно смело назвать не только промышленным и административным центром края, но и — молодёжным городом, Здесь имеется шесть вузов, много техникумов и училищ. Хабаровский комсомол всегда первым посылал и посылает своих лучших парней и девчат на ударные стройки края. Бот и в Нижнетамбовском, как мы узнали, сооружал для нас жилой городок ударный строительный отряд хабаровского комсомола..

После обеда четырёхпалубный красавец теплоход «30 лет ГДР» отчалил от пристани и пошёл раздвигать волну вниз по Амуру. Началась последняя часть нашего пути. Хабаровск прощается с нами: сразу за поворотом взору открылся во всей своей невероятной длине знаменитый Хабаровский мост в 19 пролетов. Как раз когда мы проплываем под мостом, по нему ползёт пассажирский поезд, который давно уже оторвался от одного берега и до другого доберётся далеко не сразу.

Длина моста — более 2,5 км! Это и выражение ширины Амура. Она — поразительна. А по длине в нашей стране Амур уступает лишь Оби и составляет — 2824 км. И с каждым километром становится могучее река на территории Хабаровского края в своём среднем и нижнем течении. Ведь именно здесь в Амур впадают Амгунь, Бурея, Анюй, Сунгари, Тунгуска, Уссури, другие крупные и мелкие реки Дальнего Востока.

В конце ещё добавлю, что существует два Амура — Амур в ясную погоду и Амур в бурю. Второй, к слову, лично мне «посчастливилось» увидать и почувствовать на обратном пути из Нижнетамбовского до Хабаровска. Уж не знаю, во сколько баллов был шторм на реке, но наш скоростной и могучий «Метеор» на подводных крыльях подкидывало и ударяло о волну так, что пассажиров чуть не сбрасывало с сидений, а в голове у каждого, наверное, невольно звучал крещендо знаменитый вальс «Амурские волны».

Но это — впереди. А пока день — ясный, солнечный, правда, прохладный. Впереди по курсу, на левом берегу ещё издалека стали видны краны порта, высокие дома и белоснежное красивое здание речного вокзала Комсомольска-на-Амуре. Здесь нас на пристани уже ждали первостроители Комсомольска, бойцы ударных отрядов, работающих в городе, пионеры и комсомольцы, жители знаменитого районного центра Хабаровского края.

И вот митинг у памятника первостроителям. Цветы, горячие пожелания, напутствия. Затем бойцов Всесоюзного ударного отряда пригласили на экскурсию по историческому, несмотря на свой юный возраст, городу. Она, естественно, началась от памятной каменной глыбы на берегу Амура. На ней надпись: «Здесь 10 мая 1932 года высадились комсомольцы — первые строители города». Потом мы ехали по улицам прекрасного многоэтажного города, в котором сейчас живет почти 300 тысяч человек, в котором имеется более 40 промышленных предприятий, и слушали рассказ гида о рождении Комсомольска.

Многое и раньше было нам известно по роману В. Кетлинской «Мужество». Мы проезжаем как раз мимо приземистого здания — одного из первых «городских» домов Комсомольска, в котором жила и работала над романом писательница. Какой всё же беспримерный подвиг совершили те герои, что на месте глухого приамурского села Пермское, страдая от холода, зноя, болезней, невероятно страшного болотного гнуса, выстояли, победили, построили. Обращает на себя внимание то, что в городе, которому едва за пятьдесят, очень много памятников.

От Хабаровска до Комсомольска по Амуру чуть более 350 километров. От Комсомольска до Нижнетамбовского — ещё сто. Только и времени осталось, чтобы командиру тамбовского отряда Сергею Абрамову подготовить небольшую речь для митинга на месте высадки трудового десанта. Его попросили выступить от имени всех бойцов Всесоюзного ударного отряда имени XXVII съезда КПСС.

До пристани Нижняя Тамбовка время промелькнуло незаметно.


3. Здравствуйте, земляки!

Теплоход пришвартовался. Легко представить, с каким понятным волнением мы, тамбовчане, прочитали на небольшом дебаркадере: «Пристань Н-Тамбовка». Населённый пункт, что на берегу реки, как мы уже слышали, называют по-разному: село Нижнетамбовское, посёлок Нижнетамбовский, село (пристань) Нижняя Тамбовка. Официальным считается первое из названий, оно и закреплено на картах.

Все свободные от работы нижнетамбовцы собрались на берегу встречать дорогих гостей. Прибытие первого Всесоюзного ударного строительного отряда в эти места — событие нерядовое. Но пока бойцы высаживаются на сушу, хочется особо сказать об одной очень существенной детали. Её подчеркнул в ходе пресс-конференции для журналистов, которая состоялась на теплоходе, секретарь ЦК ВЛКСМ И. Орджоникидзе. Дело в том, что новый город будет строиться по особому плану и определёнными силами. Поэтому здесь сразу заворачивают назад так называемых «диких» строителей, приехавших самостоятельно. Рассчитано, что город юности, город будущего, как его называют, будут возводить в основном бойцы Всесоюзных молодёжных строительных отрядов.

Итак, бойцы первого из этих отрядов ступили на нижнетамбовскую землю. Хозяева, и среди них бойцы хабаровского краевого ударного отряда «Комсомолец Приамурья», встречают нас по местному обычаю не только хлебом-солью, но и рыбой — на большом блюде вновь прибывшим преподносится огромный золотистый сазан.

Торжественный митинг решено провести в строительном городке. Триста бойцов, сопровождающие, журналисты, встречающие — внушительная колонна направляется через всё село по длинной улице имени Кретова. Местные жители с радушными улыбками смотрят на нас. Один дед, увидев на транспаранте слова «Тамбовская область», радостно кричит: «Здорово, земляки!»

Митинг состоялся на забетонированной площадке под открытым небом, которая, как мы потом узнали, пока служит и «актовым залом», и «концертным залом», и танцплощадкой. Внимательно слушали ребята выступления секретаря ЦК ВЛКСМ И. Орджоникидзе, первого секретаря Хабаровского крайкома партии, члена ЦК КПСС А. К. Чёрного, представителей стройтреста № 6, в составе которого предстоит работать бойцам отряда. Выступления настраивают ребят на то, что задача, которая стоит перед ними, — нелёгкая. Немало трудностей, сопровождающих начало такой грандиозной стройки, предстоит им преодолеть и доказать, что каждый из них надел почётную форму бойца Всесоюзного отряда имени XXVII съезда КПСС не зря.

Потом мы возвращаемся обратно к Амуру, чтобы поужинать последний раз на теплоходе и распрощаться с ним. Идём снова по длинной улице. Теперь уже есть время и возможность более внимательно всмотреться в облик этого приамурского села, где предстоит жить молодым тамбовчанам, воронежцам и всем остальным новосёлам.

Село Нижнетамбовское в чём-то напоминает сёла Тамбовщины и в то же время разительно от них отличается. Вроде бы такие же дома под высокими крышами, окна с наличниками и ставнями, дворы, садики, огороды, улицы, переулки. Но представьте себе, что во всём селе из всех 800 домов нет ни единого каменного или кирпичного — все сплошь дерево, кругляк. Причём дерево некрашеное — все дома, крыши, заборы из серого выцветшего дерева. Вдоль почти всех улиц по их обеим сторонам тянутся деревянные тротуары, во дворах и возле каждого дома прямо на улицах громоздятся внушительные поленницы дров. Одним словом — везде и повсюду дерево, дерево и ещё раз дерево. И — немудрено, ведь вокруг простирается сплошная тайга вплоть до самых сопок, которые возвышаются вдали со всех сторон.

О Нижнетамбовском мне рассказал довольно подробно Николай Васильевич Сон — директор местной средней школы. Сам он сахалинский, но вот уже более 20 лет, как приехал он по распределению в это село. Мы сидим в небольшом директорском кабинете на втором этаже школы (единственного пока «высотного» здания здесь) и вспоминаем историю.

Оказывается, в 1862 году на Амуре появились первые переселенцы из Тамбовской губернии. Одна группа высадилась в 40 километрах ниже по течению от нынешнего Комсомольска-на-Амуре (тогда — села Пермского) и основали село Верхнетамбовское. Вторая группа переселенцев спустилась ниже ещё на 30 километров, и там появилось село Среднетамбовское. Самые смелые тамбовчане, а их оказалось большинство, одолели ещё три десятка вёрст вниз по Амуру и выстроили первую улицу — Набережную — Нижнетамбовского.

Надо сказать, что эти тамбовские переселенцы высадились не в самом глухом краю Приамурья. Издавна здесь по берегам селились нанайцы, нивхи, удэгейцы, орочи и представители других дальневосточных народностей. Невдалеке от Нижнетамбовского чуть ниже по течению находилось стойбище нанайцев. Николай Васильевич Сон со своими учениками, членами школьного краеведческого кружка, не так давно делали раскопки на месте стойбища: нашли много интереснейших вещей — наконечники копий и стрел, женские украшения, древние китайские монеты…

Историей зафиксировано, что тамбовские переселенцы сдружились с местным населением, жили добрыми соседями. Семьи Шишкиных, Зиминых, Гущиных (и посейчас самые распространённые фамилии в Нижней Тамбовке) учили нанайцев рубить русские избы, возделывать огороды. Те, в свою очередь, делились с русскими секретами охоты на таёжного зверя и диковинную амурскую рыбу.

Если два первых тамбовских посёлка — верхний и средний — так по сию пору и остались небольшими населёнными пунктами, то для Нижнетамбовского действительность приготовила другую судьбу. Село словно чувствовало, что в будущем ему предстоит стать основой нового гигантского города. Нижнетабовское крепло, расширялось. Здесь обосновалась рыболовецкая артель. При Советской власти село сделали районным центром, организовали на его территории рыбсовхоз, появился здесь леспромхоз, рыбзавод.

Но вот был воздвигнут Комсомольск, и райцентр перевели туда. Нижнетамбовское стало как бы терять веру своё будущее. Закрыли рыббазу (ценные породы рыб стали усиленно беречь), упразднили леспромхоз (ценные виды деревьев поблизости повырубили), начал народ разъезжаться по городам и весям.

В последнее время в Нижнетамбовском оставалось чуть более тысячи жителей. Работали они на деревообрабатывающем комбинате, на железнодорожном полустанке, в школе, больнице, детсаде, Доме культуры.

И вот теперь начался новый этап в жизни старого села. Многие жители, наверное, уже сейчас задумываются, каким оно станет через десять-пятнадцать лет, когда превратится в пригород или в район нового города. А пока Нижнетамбовское ещё напоминает музей под открытым небом. Многие дома и постройки, особенно на берегу Амура, помнят первых переселенцев. Деревянные тротуары в ясную солнечную погоду смотрятся странно, но в ненастье, в чём мы убедились в первые же дни, им цены нет. Село стоит на зыбучих болотистых почвах. Когда поднимаешься от Амура к улицам, земля под ногами колышется, пружинит и невольно хочется убыстрить шаг, поскорее добраться до твёрдого тротуара.

Повсюду — на улицах, по огородам, дворам и особенно на берегу разбросаны лодки, в основном — казанки. Их здесь больше, чем велосипедов или мотоциклов где-нибудь, например, в нашем Татаново.

Вечер. Молодёжь, как и повсюду, спешит в дом культуры посмотреть новый фильм или на танцплощадку в стройгородок, где уже звенит музыка. Большое приамурское село Нижнетамбовское, у которого есть прошлое и будущее, отдыхает.


4. Начало

В спорах решался такой вопрос: в палатках или в благоустроенном жилье поселить бойцов первого Всесоюзного ударного отряда? Победили те, кто считал и считает, что время палаток на месте будущих городов миновало. С 20 го января уже работает в Нижнетамбовском краевой ударный отряд «Комсомолец Приамурья» Он строит посёлок Пионерный — жилую базу первостроителей. По топкой почве сквозь отодвинутую в сторону тайгу пролегли две бетонные дороги метров по триста. Вдоль них на загрунтованных площадках встали временные дома двух первых улиц. На одной, уже достаточно обжитой, носящей гордое имя «Аллея первого десанта», в вагончиках живут «старожилы» — хабаровские комсомольцы. На этой же улице есть библиотека, медпункт, парикмахерская, магазин и местное отделение агентства «Союзпечать». На второй же улице — имени Хабаровского комсомола — совсем недавно выросли как из-под земли щитовые дома-общежития: на фасадах их издалека видны таблички — «Комсомолец Кубани», «Воронежский комсомолец» и т. д. На одном — «Тамбовский комсомолец». Здесь и разместился весь отряд с Тамбовщины.

Ошибётся тот, кто решит, что романтикам 1986 года создали идеальные условия. Нет, конечно. С определёнными трудностями ребята столкнулись в первые же дни на новом месте. Зарядившие на третий день нашего приезда обложные дожди размочили почву — без сапог в сторону от бетонки и шагу не ступишь. А с дождями и здорово похолодало. В неотапливаемых щитовых домиках пришлось спать под одеялами даже одетыми. А впереди ещё ждала новичков встреча с кошмарным дальневосточным комарьём и гнусом, который заявляет о себе с приходом летнего тепла. Одним словом, испытаний на стойкость у бойцов отряда, как это было и всегда на новостройках, пока предостаточно.

Надо сказать, что испугавшихся этих трудностей, по крайней мере среди тамбовчан, заметно не было. Многие ребята, судя по всему, понимали, что поехали сюда, за тридевять земель от родного дома, не на экскурсию. Как правило, каждый из них имеет специальность, а то и две-три, имеет опыт работы на стройке, твёрдо решил испытать себя в трудном деле.

Особо хочется рассказать о Сергее Абрамове. На пост командира Тамбовского отряда его назначили без колебаний, как только познакомились с биографией Сергея. Ещё бы, ведь он почти два года был строителем Байкало-Амурской магистрали. После школы Сергей Абрамов пошёл в профтехучилище, стал сварщиком. Работая на Мичуринском автоагрегатном заводе, а затем в тресте «Мичуринсксельстрой», выучился попутно профессиям монтажника и каменщика.

Однажды его спросили: «Поедешь в длительную командировку на БАМ?». Согласился сразу. (Тем более, что был тогда не женат.) До этого на востоке страны дальше Казахстана побывать ему не удавалось, так что поехал за Байкал открывать для себя новые земли, новый мир, другой край Родины. Сибирские расстояния, размах грандиозной стройки, громадные реки и буреломные леса Забайкалья и Дальнего Востока поразили парня из Мичуринска и, как принято говорить, навсегда вошли в сердце.

Бригада тамбовских строителей, в составе которой был С. Абрамов, строила жилые дома в поселке Хурмули Солнечного района Хабаровского края. Жили в щитовом бараке, испытали и дикий мороз с ветрами, и местный зной. Так что Сергей ехал сейчас вновь в эти края, уже прекрасно зная, как говорится, местную обстановку.

Сергей Абрамов рассказывает:

— Так же, как и дома, я ходил на БАМе в свободное время на охоту, всё больше на птицу, которая и на Тамбовщине есть. Ездил на рыбалку на озеро с нанайским названием Эворон и ловил там известного всем карася. Выбирался с друзьями за грибами в выходные. Из экзотики разве что встречи с медведем или лосем можно вспомнить, но подобное случалось очень редко…

Да, в общем-то ничего сверхнеобычного не было в эти два года, а вот когда уезжал с БАМа домой, когда закончилась командировка, товарищи из бамовских старожилов на полном серьёзе предрекали: обязательно потянет тебя обратно в дальневосточные края.

И точно. Сейчас Сергей Абрамов поехал на восток страны с намерением прочно здесь обосноваться. В Мичуринске жена Люба и сын Алешка теперь ждут от него вызова. Как только Сергей получит жильё, они сразу выезжают в Нижнетамбовское.

У Абрамова, как у командира тамбовчан, в первые дни обустройства на новом месте хлопот оказалось, вероятно, больше остальных. Надо всем бойцам расселиться по комнатам по пять человек, всем пройти через отдел кадров стройтреста, наладить быт и определить место работы и должность. Хлопот много, и нередко ребята обращались за советом к Сергею Абрамову или комиссару Владимиру Соловьёву. Первые радости, и первые огорчения не скрываются. Кому-то из водителей сразу выделили технику, а кому-то из монтажников в отделе кадров понизили пока разряд — не прошёл экзамен по специальности. Кто-то сразу укрепился в решении стать на ближайшие годы дальневосточником, а кто-то уже с тоской вспоминал о доме…

Но вот заканчивается первый день, и на танцплощадке до полуночи идёт круговерть вечера знакомства — конкурсы, танцы, песни. На следующий вечер в гости к первостроителям приплывает из Комсомольска новый вокально-инструментальный ансамбль — снова в темноте таёжной ночи пульсирует под огнём фонарей молодёжный вечер отдыха.

Где молодость — там ударная работа и веселье от души. Скучающих нет. Кто-то из бойцов уже смастерил удочки, и по радостным возгласам новоявленных амурских рыболовов ясно, что рыба в реке есть, и солидная. Часть ребят под руководством комиссара сооружают какую-то необыкновенную сложную и высоченную телеантенну и водружают её на крышу общежития «Тамбовский комсомолец». Другие бойцы пошли знакомиться с ближайшей тайгой, с мечтой в душе найти цветущий багульник, который видели они днём в руках у одного из местных старожилов.

Кажется, что тайга и сопки напряжённо прислушиваются и присматриваются к новому своему соседу — посёлку строителей. Интересно, догадываются ли они о том, что здесь и сейчас начинается биография нового города, города будущего, города юности?

В ближайшие годы приамурской тайге придётся подвинуться, посторониться.

Здесь будет город.

Тамбов — Москва — Хабаровск — Нижнетамбовское — Тамбов.


/1986/
_____________________
«Комсомольское знамя», 1986, 15-22 июня.










© Наседкин Николай Николаевич, 2001


^ Наверх


Написать автору Facebook  ВКонтакте  Twitter  Одноклассники



Индекс цитирования Рейтинг@Mail.ru